Но на самом деле убийства спланировала лукавая и коварная Мастер третьего Дома (Наварра). Она была сногсшибательно прекрасна, будто только сошла с разворота журнала «Vogue». Темные волосы и голубые глаза (точно как у меня!) и наглость, которая не снилась ни знаменитостям, ни лидерам сект.

Люди были очарованы, околдованы Селиной Дезалньер. Ее красота, стиль и способность манипулировать окружающими оказались непобедимым сочетанием. Люди хотели знать и слышать о ней больше и видеть — чаще.

То, что она несла ответственность за смерть двух человек — спланировала убийства и призналась в этом, — ни капли не уменьшило всеобщую увлеченность ею. Не помогло и то, что ее взяли в плен (кстати, Этан и я) и выслали в Лондон, где ее должен был заключить в тюрьму Гринвичский Совет, правивший западноевропейскими и североамериканскими вампирами. После чего люди заинтересовались остальными вампирами — оправдавшимся большинством, не причастными к совершению отвратительных преступлений. Селина осуществила заветное желание — сыграла роль несчастной вампирши–мученицы, а мы получили рождественский подарок — заняли ее место в медиа–пространстве.

Футболки, кепки и брелоки с логотипами Грея и Кадогана (и ужасной Наварры) продаются по всему Чикаго. Появились сайты для фанатов Домов, наклейки на бампер «Я Кадоган» и свежие новости о городских вампирах. В любом случае я старалась предотвратить распространение слухов — плохих или хороших — о Домах по городу.

Итак, я посмотрела вокруг и убедилась, что мы в зале одни и никто не подслушивает.

— Если тебя волнует, о чем можно говорить, — заметила Мэллори, открывая бутылочку, — я наложила чары, чтобы никто не мог услышать наш разговор.

— Правда? — Я так быстро повернула голову в ее сторону, что шея хрустнула, и я сощурила глаза от боли.

Она фыркнула.

— Правда. Как будто он позволяет мне применять магию к людям, — пробормотала Мэл, потом сделала большой глоток воды.